«Я не тяну человека в церковь — я показываю красоту архитектуры»
Фото Сергея Степанова. Фото: Екатерина Русилова / «Русская планета»

Фото Сергея Степанова. Фото: Екатерина Русилова / «Русская планета»

Автор выставки «Храмоздатели Руси» и книги «Храмы с коронами на крестах» Сергей Степанов — об открытой вере, строительстве новых церквей и «обетоненных святынях»

Более десяти лет адвокат Сергей Степанов делает фотографии русских храмов. Из паломнических поездок он привозит не только снимки, но и истории, связанные как с самими церквями, так и их создателями.  Отдельным увлечением Сергея Степанова стал поиск и изучение храмов с коронами на крестах. Так появилась одноименная книга, где автор рассказывает о православных храмах, увенчанных надкупольными «коронованными» крестами.

На днях в Смоленске в культурно-выставочном центре имени Тенишевых открылась фотовыставка «Храмоздатели Руси» Сергея Степанова. В экспозиции представлены храмы Смоленщины и других регионов России. Среди фотографий отдельное место занимают стенды, на которых перечислены люди, внесшие свой вклад в создание того или иного храма. Автор выставки рассказал «Русской планете» о том, что созерцание храма открывает в человеке и что объединяло всех храмоздателей.

–  Сергей Дмитриевич, почему для выставки «Храмоздатели Руси» выбрали Смоленск?

– Я бы сказал, «почва благодатная». Исторически так сложилось, что здесь около 200 храмов имеют именитых храмоздателей. Во-вторых, относительно активно руководство митрополии заботится о возрождении. И, что самое главное, отношение к истории смоляне получают от таких активных и адаптированных в обществе организаций, как АНО «Женщины Смоленщины» и Смоленской организации ветеранов «Боевое братство». Их силами инициировано не только проведение фотовыставок, но и создание книги «Храмоздатели Смоленщины». После освящения Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Кириллом вод Днепра от Истока, что на Смоленщине, возникло движение зрительно познакомить славян — жителей России, Беларуси и Украины с красотой православных храмов, историей их создания, архитектурой, воздать дань уважения их создателям.

– А с чего все началось: интерес к храмовой архитектуре, изучение истории храмов и их создателей? Почему ваш объектив нацелен на русские храмы?

– Как часто мы трогаем и не чувствуем, слушаем и не слышим, смотрим и не видим. Это фраза относится к жизни вообще, но навеяна она видами и ощущениями от храмов.

Некоторые могут сказать: храмы все одинаковые — луковки и кресты. Но вы нигде и никогда не найдете одинаковых храмов — они все индивидуальны. Познавать можно разными органами чувств. Я сосредотачиваюсь в первую очередь на зрительном образе, через фотографию провожу увиденное дальше к людям. Я не тяну человека за руку в церковь — я показываю красоту ее архитектуры.

А началось все в 1986 году. Уже в зрелом возрасте мне довелось побывать в Вологодских краях. Мне показали исторические места, заехали и в Ферапонтов монастырь. Там никого не было. Мы были предоставлены сами себе, тишине, благодати и гармонии. Когда над этой русской тишиной раздался колокольный звон, — он не мог не тронуть меня! Понимаете, если красота есть — ее нельзя не увидеть, не почувствовать, не впустить в себя, не полюбить. Для себя я раскрыл большую жизненную страницу открытой веры. Вера — она же в каждом человеке есть:  где-то в тишине, в уголке. А когда ты даешь ей простор и  возможности своей души, она наполняет тебя таким здоровьем и благодатью! Так я начал совершать паломнические поездки. А через паломничество человек узнает Родину, в которой живет.

Фото Сергея Степанова. Фото: Екатерина Русилова / «Русская планета»

Фото Сергея Степанова. Фото: Екатерина Русилова / «Русская планета»

– Вы увидели и сфотографировали не одну сотню храмов. О чем рассказывает их архитектурная форма?

–  Дело в том, что я — собиратель. Не могу назвать себя знатоком архитектуры. Я постоянно для себя что-то открываю.

– Что же вам открывает увиденное?

– Приходит понимание жизни. Увиденное позволяет мне узнавать платформу жизни, на которой все построено. Наверное, это главный ответ для меня. Жизнь по-другому открывается: ты видишь, что можно не кричать — можно объяснить, можно не хмурится — можно улыбнуться, можно переждать — можно не торопиться. И в каждом храме, в каждом общении с верой и с людьми тебе дается все новое понимание. Это большой багаж, это бесконечная библиотека жизни. 

– Когда смотришь на фотографии, то можно сразу сказать — вот это новодел, а этот храм был реконструирован. Кажется, что «проповедь в камне» старых храмов содержательнее... Что вы думаете о новоделах и реконструированных храмах?

– Вопрос не в том, что старое — хорошо, новое — не хорошо. Ни один проповедник веры начинал служение на камне. Любой монастырь начинается с пустоши, в тиши. Суть не в самом здании: какое лучше — новострой или возрожденный. На руины не будет ходить человек, отдавать душу…

Да, действительно, люди говорят: этот храм нравится больше, а этот — меньше. Это можно понять: души-то у всех разные и раскрываются по-разному. Вы должны быть открыты, тогда можно ощутить все необходимое. Здесь многое от людей зависит. Иногда в старые храмы в Москве заходишь, и извините за сравнение, как будто в метро попадаешь: поток внес, поток вынес. А зачем вы все туда приходили?..

На мой взгляд современность и старина отличаются отношением. Раньше никто особо не торопился: все продуманно, все с молитвой и особыми чувствами, о потомках не забывали. А современные молодые храмы… Один певец-бард метко спел: «обетонили святыни». Действительно: налили, набухали — выполнили план. Получилась коробка, которая не работает. А для чего? Что создали-то? Что возродили? Поэтому силой природы, божественной природы в том числе, порой такие храмы ломаются, порой молнии через них проходят — всякие катаклизмы бывают...

Меня тревожит, когда вижу, что храм воссоздают гастарбайтеры. Не могу воспринять тот факт, что этим занимаются иноверцы. Вот поэтому храм «не теплый» получается... Почему в монастырях привлекаются послушники, чтобы гвоздь прибить, мусор убрать и так далее? Чтобы душу вложить в место.

Но и сегодня создаются прекрасные, даже в своей небогатой простоте, храмы. Такие храмы я встречал в Валуйском районе на Белгородчине, в Подмосковном Дедовске, не отличишь в Павловской слободе старинный «царский храм» Благовещения от новодела Царственным страстотерпцам.

Сергей Степанов. Фото: предоставлено из личного архива

Сергей Степанов. Фото: предоставлено из личного архива

– На вашей выставке «Храмоздатели Руси» есть стенды, на которых перечислены имена и «чины» тех, кто создавал храмы — меценаты, попечители, благоустроители. Среди них люди разного происхождения, разного достатка, разных профессий. Что их объединяет?

– Этих людей объединяло желание. Они создавали Божий дом общий для всех по вере. Это здание, где мы друг другу помогаем, это школа. Посмотрите, какие мы там все покорные, добрые, благонастроенные друг к другу.

Храмоздателями были и простые прихожане, и первые люди государства. Сейчас во многих новостроящихся храмах вы можете встретить такое: идет сбор именных кирпичиков. Вы оплачиваете 100, 200 и так далее рублей и записывают в книгу, что вы вложили, оплатили кирпич.

– Расскажите запомнившуюся вам историю создания храма и его храмоздателя.

– Есть в городе Елец храм благоверных князей Михаила Тверского и Александра Невского.

Поводом к его строительству стало посещение города великим князем Михаилом Александровичем, братом императора Николая II. Это было 2 октября 1909 года. В присутствии князя и освятили закладку храма.      

Церковь была построена стараниями одного из богатейших купцов — Засуйловым. Согласно народной молве, купец Засуйлов просил у императора Николая II разрешения выложить пол храма золотыми пластинами 100 х 50 х 5 миллиметров, а царь пошутил: «Только не плашмя клади, а на ребро». Купец прикинул и решил, что дороговато будет. А вот короны на купол под крест установил.

Зимой храм строили невиданным в Ельце способом — под отапливаемым шатром. Отличительными особенностями храма стали — цветные витражи, керамический иконостас, ажурные Царские врата из чистого серебра, серебряный престол, электрическое освещение. А также единственный в России центральный надкупольный крест из хрусталя, внутри которого бурлили и переливались пузырьки, вырабатываемые также электричеством. Другие купола храма украшают маковки в виде короны с крестом.

– Сергей Дмитриевич, как с помощью демонстрации фотографий храмов можно передать любовь к красоте духовного достояния страны? Зачем нужны такие выставки?

– Разве к красоте можно быть равнодушным? Да, один в поле не воин и фотовыставка — событие временное, кто-то успел, нашел время и пришел, а кому-то недосуг. Но, вовлекая неравнодушных единомышленников, создавая условия для ознакомления не только с архитектурой, а и с теми же былинами, народной молвой и так далее, можно создать среду, атмосферу, где каждый найдет ответы на возникающие вопросы об истории, о его малой родине.   

Багаж добра Далее в рубрике Багаж добраСвященник построил Дом дружбы в Рославле, где сохраняют семьи и воспитывают детей Читайте в рубрике «Титульная страница» «Кто там сверлит?!»Космическая общественность и СМИ активно обсуждают попытку неизвестного астронавта досрочно вернуться домой с помощью электродрели «Кто там сверлит?!»

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»